в начало

<< | текст: I II III | книга | автор   Rambler's Top100

I. Опыты отражения

                                                    О.П.

Шел предпоследний год туманной эры,
Оторванный от следствий и причин,
Лишенный протяженности и меры,
От прежних лет еще неотличим.

Сгущая день, подобьем бледных нимбов
Рассеянно светили фонари —
Гвардейцы перекрестков анонимных,
Столетия не видевших зари.

Над пасмурной водой, где в бликах млечных
Двоились облака и этажи,
Нависший мост казался бесконечным,
Пустым, как смерть, и призрачным, как жизнь.

Все было как обычно. Ни прохожих,
Ни шумных стай среди забытых гнезд.
Возможно, этот мир был слишком сложен,
А может быть — невероятно прост,

И зная: точка зрения зависит
От суммы поглощенных перспектив,
Невидимый — но честный — светописец
Настраивал бесстрастный объектив.


Порой, читая современные
Стихи из толстого журнала,
Впадаешь в смертный грех сравнения,
Превознося себя немало:

Мол, жрец великого-могучего,
Да из другого сделан теста...
Тогда снимаешь с полки Тютчева —
И все становится на место.


Еще не холодно, и листья
Еще не облетели с кленов,
И не окончен поиск истин
В стране поэтов и влюбленных,
Где светит солнце...
                        Но все чаще
По сторонам глядишь тревожно,
И перемены замечаешь,
Себе доказывая: может,
Ты все-таки кому-то нужен...
А в строчках застывает проза,
Как первый тонкий лед на лужах —
Предвестник будущих морозов.

Санкт-Петербург 4 X 1993


В сплошном потоке мимолетных лиц
(усталых, отрешенно-равнодушных)
Найди мои глаза и улыбнись!
У каждого свой путь  —  кто вверх, кто вниз  — 
Лишь миг, и продолжения не нужно.

Пусть время, словно торопливый росчерк,
Оставит нашу встречу между строк,
Но в лабиринтах пройденных дорог
Твою улыбку вспомню зимней ночью,
И буду знать, что я не одинок.


Одна из сотен декораций прежних
К сюжету, что уже не вспомнить точно:
Заброшенный поселок где-то между
Днем Всех святых и новогодней ночью.

Оттенки снега  —  вдаль, до горизонта  — 
Скользящий взгляд уже не различает.
Морозным серебром покрыты окна,
И ни одно не теплится свечами.

Лишь ветер, заблудившийся в оврагах,
Скитается, о прошлой жизни плача,
И воет одичавшая собака
В оставленной хозяевами даче.


Гвоздями дождя наши судьбы прибиты к земле  — 
Напрасно молить изваянья богов о полете.
Ты только не плачь, привыкая к дождливой погоде,
Щекой прижимаясь к щетине осенних полей.

Не плачь, даже если поймешь, что не лед, а стекло,
Не песня, а стон  —  даже если не ты, а другая...
Любые костры через месяц уснут под снегами:
Всё  —  к лучшему. Впрочем, иначе и быть не могло.

1993


Пока не выпал снег  —  плутай
В переплетенье улиц узких,
Приметы древнего искусства,
Ищи в руинах прежних тайн,

И разбирая по складам
Сентиментальность откровений,
Поймешь: за вечностью  —  мгновенье,
А счастья нет  —  ни Здесь, ни Там.

Не проклинай холодный век,
Лишь растворись в толпе прохожих:
Запомни все, и если сможешь  — 
Молчи... Пока не выпал снег.

Санкт-Петербург, 1996


Окно троллейбуса запомнит
Закат над крышами Москвы,
Шуршанье ветра по бетону,
Волненье в сумерках листвы;

Запомнит пляску отражений
Запомнит взгляд, забыв лицо  — 
След ежедневных поражений
В сраженьях с транспортным Кольцом,

Риторику газетных штампов
В неоновом бреду реклам,
И свет молочно-белой лампы,
Что режет вечер пополам,

И руку женщины, невольно,
За гранью ревности и зла,
Рисующую треугольник
На черной плоскости стекла.


уходим от времени
Время
уходит от нас
кошачьими лапами
мягко неслышно ступая
туда
где нас нет

1992


Эти буквы на мокром песке
Скажут больше, чем древние книги
Из разграбленных библиотек
Погруженных во тьму городов.
Влажный воздух сжимая в руке,
Ты несешь своих мыслей вериги
Ради новых жестоких потех
Ничего не простивших богов.

На ладони  —  все тот же узор,
Не сулящий ни смерти, ни счастья,
Иероглиф постылой судьбы,
След от многих потерь и обид.
Все, на чем остановится взор  — 
Средоточье невидимой власти,
Для вердиктов которой и был
Создан вечный, как боль, Алфавит.

Прочитай, прочитай, прочитай
Приговор, зашифрованный в камне,
Предсказанье в осколках стекла,
Имена в пыльном хаосе звезд,
И в осеннем движении стай
Разгляди то, что станет стихами,
Опустившись на плоскость стола
Из тумана невидимых слез.


далее: часть II >>

NVREMYA.RU © С.Панцирев, 2004 г. | авторские права